Зачем хуситы пытаются блокировать Баб-эль-Мандебский пролив? Текстовая версия подкаста «Что это было» с востоковедом Русланом Сулеймановым

Йеменские хуситы в четверг захватили порт Моха в районе Баб-эль-Мандебского пролива, одного из ключевых торговых маршрутов между Персидским заливом, Азией и Европой. Из-за обострения войны в Йемене цена нефти превысила 100 долларов за баррель. Почему хуситы активизировались именно сейчас? Кто может обеспечить безопасность в Баб-эль-Мандебском проливе? И что будет с ценами на нефть, если судоходство будет заблокировано и в Баб-эль-Манебском, и Ормузском проливах?

Эти и другие вопросы ведущий подкаста «Что это было» Виктор Нехезин обсудил с востоковедом, экспертом аналитического центра NEST Centre Русланом Сулеймановым (в российском реестре «иноагентов»).

Би-би-си:Давайте начнем с географии. Объясните, что это за город, порт Моха, где он находится и почему все заговорили о том, что это важный город, когда хуситы его захватили?

Руслан Сулейманов: Моха действительно портовый город. Он находится на юго-западе Йемена, омывается Красным морем. И, вероятно, его главная ценность в том, что он находится недалеко от Баб-эль-Мандебского пролива, примерно в 80 километрах. Это очень красивый, исторический город. Кстати, от его названия пошло наименование сорта кофе — мокко.

Но это все история, культура. Сейчас, конечно, это мало кого интересует, особенно тех, кто участвует в военных действиях, начиная с хуситов, которые восстановили контроль над этим городом. Когда-то они им владели в 2015 году, когда в Йемене разворачивались активные боевые действия, и вот сейчас они вновь вернулись туда, и, конечно, контроль над Мохой будет позволять хуситам еще быстрее, еще проще устраивать какие-то диверсии в Красном море, особенно в Баб-эль-Мандебском проливе.

Би-би-си:Мы сейчас очень скоро перейдем как раз к самому проливу и что там может происходить, но перед этим необходим, мне кажется, небольшой ликбез. Нужно обрисовать в общих чертах конфликтующие стороны. Если честно, мне казалось, что все просто, потому что вот есть хуситы — с одной стороны, некие правительственные войска Йемена — с другой стороны. Но, насколько я вижу по новостям, там не все так просто. Есть еще Саудовская Аравия, которая играет некую роль. Иран, безусловно, который, как мы все знаем, поддерживает хуситов. Вот не могли бы вы объяснить, что за действующие силы там конфликтуют?

Р.С.: Да, это особенность йеменского конфликта, буквально с первого дня, когда в стране развернулась гражданская война в 2011 году. Это происходило на волне арабской весны, когда бушевал весь Ближний Восток. Йемен не остался в стороне, и вот уже тогда в конфликт стали вовлекаться международные игроки, в той или иной степени поддерживая разные стороны. И хуситы, в общем, всегда были сами себе на уме, но так получилось, что их цели очень совпали с теми целями, которые преследует Иран. И они стали союзниками, хотя хуситы, повторюсь, появились сами еще в 90-е годы. Изначально просто как религиозное движение за сохранение традиций зейдитов. Это такое направление специфическое в исламе, между суннитами и шиитами.

И вот эти зейдиты как раз проживают на севере Йемена. И вообще хуситы не любят, когда их называют хуситами. Их движение называется «Ансар Аллах» — «партизаны Аллаха». Хуситами их назвали по имени их основателя [Хусейна] аль-Хуси, который был убит правительственными войсками в 2004 году. Сейчас движение возглавляет его младший брат — Абдель-Малик аль-Хуси.

Хуситы, как я сказал, поддерживаются Ираном. Примерно с 2012–2013 года стало известно о каких-то их связях. И это, конечно, очень встревожило Саудовскую Аравию, которая соседствует с Йеменом. И которая увидела в иранском присутствии такой вызов, опасность уже для себя и вмешалась во внутрийеменский конфликт на стороне правительственных сил. В конце марта 2015 года началась операция. И формально эта операция продолжается до сих пор, уже больше 11 лет. Саудовской Аравии и союзникам Саудовской Аравии, так называемой Аравийской коалиции, ничего не удалось поделать с хуситами. Они выстояли. И в апреле 2022 года было заключено даже перемирие на время поста — месяца Рамадан. Тогда перемирие затем продлевалось, а затем уже не продлевалось, но все равно сохранялся вот этот режим прекращения огня.

И вот сейчас, получается, спустя четыре года, Йемен опять заполыхал, опять идут боевые действия. Но если не уходить в какие-то дебри, здесь все равно нужно сказать о том, что выяснилось, что внутри Аравийской коалиции во главе с Саудовской Аравией тоже немало противоречий. Например, Объединенные Арабские Эмираты поддержали сепаратистские устремления в Адене, это портовый город на юге Йемена, куда переместилось как раз правительство, перенесло туда столицу, потому что столица Йемена — Сана — была захвачена хуситами в сентябре 2014 года.

Так вот, там образовалось повстанческое движение, Южный переходный совет, и Эмираты стали активно его поддерживать, и получился вот такой раскол внутри правительственных сил. И я сам, когда был в Йемене два года назад, наблюдал, что там вообще нет национальных флагов Йемена. Там есть флаги вот этого Южного переходного совета, то есть сепаратистского движения за возрождение Южного Йемена в границах Народной Демократической Республики Йемен, которую когда-то поддерживал, кстати, Советский Союз до 90-го года. Тогда Йемен объединился, два Йемена объединились в один.

Но в начале этого года, тоже важно сказать, там произошли изменения, связанные с тем, что центральные власти решили все-таки разобраться с сепаратистами, и Объединенным Арабским Эмиратам уже пришлось отступить, потому что Саудовская Аравия, естественно, оказала всевозможную поддержку. И теперь, если мы посмотрим на карту Йемена, это уже не такое лоскутное одеяло, как несколько лет назад, где с одной стороны хуситы, с другой — правительственные войска, с третьей — Южный переходный совет. Там еще были другие формирования, исламисты — и несть им числа, как говорится. Вот это было до начала нынешнего года. Сейчас немного проще, потому что остались, по сути, хуситы — на севере, которые контролируют одну треть, две трети контролируют вот эти правительственные войска, официальные власти, именно международно признанные власти, за которыми стоит Саудовская Аравия.

И сейчас мы наблюдаем, по сути дела, продолжение вот этого военного конфликта, изначально гражданского конфликта, гражданской войны, которая переросла вот в такой интернационализированный конфликт.

Как Тегеран помогает хуситам?

Би-би-си:Но, как известно, когда США начали свою военную операцию, войну против Ирана в этом году, то, к удивлению многих, хуситы как-то не приняли участие на стороне Ирана в этой войне, как ожидалось, а вот теперь почему-то активизировались. Возможно, эта точка зрения неверна, но со стороны кажется, что вот что же они тогда, когда можно было дестабилизировать ситуацию в регионе, не воспользовались ситуацией, а сейчас почему-то вдруг новый всплеск. Почему, собственно? Почему именно сейчас?

Р.С.: Здесь, я думаю, есть два вполне логичных объяснения. Во-первых, потому что, как я уже сказал, хуситы сами себе на уме, и неверно представлять себе, что они действуют по указке из Тегерана и всегда и во всем с ним согласны. У них есть своя повестка, просто эта повестка иногда совпадает с повесткой Ирана. Во-вторых, как мне говорили, собственно, в Иране, когда я там был во время военных действий в марте, хуситов берегут, что называется, на черный день. То есть не время еще использовать хуситов, доставать их из загашника, а придет время, хуситы вступят в войну, пока такой необходимости нет. Вот то, что мне говорили в Иране.

Вероятно, сейчас настала такая необходимость, потому что Трамп решил использовать и военные средства, и экономические средства, душить Иран. И вот здесь, конечно, вполне логично, что хуситы выходят на авансцену и будут пытаться просто блокировать Аравийский полуостров с другой стороны. Одна сторона — Ормузский пролив, теперь будет перекрываться еще и Баб-эль-Мандебский пролив.

Би-би-си:То есть вы не исключаете того, что нынешнее обострение инспирировано все-таки Ираном?

Р.С.: Я думаю, что Иран как минимум не безучастен к этому, но у хуситов есть и свое объяснение. Они считают нынешние военные действия реакцией на обстрелы со стороны Саудовской Аравии. Хуситы, лидеры хуситов мне в том числе неоднократно говорили, что они не заинтересованы в военных действиях с Саудовской Аравией или с кем бы то ни было, но они всегда будут отвечать. И сейчас, если посмотреть на заявления высокопоставленных хуситов, они вновь подчеркивают, что они не хотят этой войны, они вынуждены реагировать на обстрелы со стороны соседнего Саудовского королевства.

Би-би-си:А эти обстрелы все-таки были?

Р.С.: И обстрелы были, но как в любой войне, есть две версии. Саудовцы говорят, что первыми начали хуситы. Хуситы, естественно, утверждают обратное, поэтому установить, кто там первый начал, я думаю, мы уже не сможем.

Би-би-си:Еще один вопрос про Иран. А вообще Иран в состоянии противостояния с США способен поддерживать хуситов? У них [у Тегерана] еще есть ресурсы и на хуситов?

Р.С.: Это вообще всегда был дискуссионный вопрос о том, в какой степени Иран реально помогает хуситам. Потому что с 2015 года, когда, как я упомянул, Саудовская Аравия и союзники начали военную операцию против хуситов, они полностью блокировали вот эту часть Йемена, объявили воздушную блокаду, самолеты перестали летать в Сану, морскую блокаду — невозможно было туда вообще что-либо поставить морским путем. Но каким-то удивительным способом хуситы все равно получали образцы вооружений, очень похожие на иранские и, кстати, на российские. Это отмечалось в докладах экспертов Совбеза ООН. Попытки контрабанды по морю, контрабанды через Оман или через Объединенные Арабские Эмираты. Вот такие были данные.

Но в последние годы все-таки главным образом Иран помогает хуситам советниками, советниками на земле, которые есть, безусловно, внутри Йемена. И они же помогли наладить военное производство. И когда хуситы проводят военные парады, они с гордостью демонстрируют ракеты, на которых написано «Сделано в Йемене». Так что, я думаю, они в какой-то большей поддержке, в каких-то прямых поставках вооружений и не нуждаются. Им достаточно того, что там просто есть иранские и, кстати, российские советники.

Би-би-си:Давайте теперь наконец к этому Баб-эль-Мандебскому проливу перейдем. Я сказал в самом начале, что это важный такой узел, но если коротко очень — чем, собственно говоря, этот пролив важен для мировой экономики сейчас?

Р.С.: Он, в общем, всегда был важен. И если мы вспомним, что было три года назад, когда хуситы всерьез заявили о себе на весь мир, когда, собственно, стали блокировать Красное море и Баб-эль-Мандебский пролив в ответ на события в секторе Газа, примерно 12 или 15% всей мировой торговли оказались блокированы. Помимо этого, Баб-эль-Мандебский пролив обеспечивает около 30% мирового контейнерного потока. И сейчас, конечно, значимость этого пролива еще выше в связи с тем, что Ормузский пролив, можно сказать, парализован с конца февраля нынешнего года.

Там судоходство, можно сказать, просто остановлено. Но в Баб-эль-Мандебском проливе худо-бедно судоходство еще продолжается, с очень большими рисками. Но тем не менее хуситы остановили свои диверсии, свои атаки почти год назад. Когда, собственно, закончилась война в секторе Газа, хуситы объявили о том, что они приостанавливают нападения на торговые суда в Красном море. И сейчас, безусловно, это огромный вызов всему международному судоходству и в первую очередь странам Аравийского полуострова. После перекрытия Ормузского пролива если сейчас будет закрыт и Баб-эль-Мандебский пролив, можно сказать, что Аравийский полуостров окажется в полной изоляции.

Би-би-си:Но технически хуситы способны такую же блокаду Баб-эль-Мандебского пролива организовать, как иранцы организовали блокаду Ормузского пролива?

Р.С.: Это будет, очевидно, не точно такая же блокада. И здесь нужно сказать о том, что Дональд Трамп в прошлом году в течение 52 дней бомбил хуситов, торжественно объявил об их капитуляции. Но атаки хуситов в Красном море возобновились буквально через месяц после заявления Трампа. И здесь им не нужны какие-то масштабные боевые действия, им не нужно перекрывать полностью пролив. Достаточно, если они нападут на несколько торговых судов. Это уже будет огромный риск, огромный вызов.

И очевидно, что какие-нибудь страховые компании десять раз подумают, прежде чем страховать то или иное судно. Так что здесь хуситам, в общем, и не нужны какие-то особые средства, которые есть, скажем, у Ирана.

Би-би-си: Насколько я понимаю, Баб-эль-Мандебский пролив меньше, чем Ормузский, то есть его, по идее, проще блокировать, нет?

Р.С.: В общем, да, это не те масштабы, но, опять же, здесь достаточно атаковать одно торговое судно, сделать это демонстративно, громко, с большими убытками для какой-то одной компании, скажем, и это уже будет вызов.

Хуситы и сомалийские пираты

Би-би-си:Вы сказали, что в Ормузском проливе прервано судоходство торговое. В Баб-эль-Мандебском проливе пока, на данный момент, на сегодняшний день констатируем, что пока все-таки открыто судоходство.

Р.С.: Открыто, но, опять же, это явно не то состояние Баб-эль-Мандебского пролива, которое было три года назад, до начала диверсии хуситов. Многие мировые перевозчики по-прежнему пускают свои суда в обход Африки через Мыс Доброй Надежды. И это, конечно, гораздо дольше, это накладнее, и по-прежнему для многих поставки из Европы в Азию и обратно стоят дороже на 200-300%, чем это было три года назад.

Би-би-си:Еще есть один фактор, довольно знаменитый, но в печальном смысле слова, — сомалийские пираты. Сомали находятся на другой стороне Баб-эль-Мандебского пролива. Это до сих пор фактор важный или это решенный вопрос?

Р.С.: Это явно не решенный вопрос. Время от времени сомалийские пираты дают о себе знать, но они, опять же, сами себе на уме. Здесь нет какой-то коалиции сомалийских пиратов и хуситов, но, очевидно, есть довольно неплохие отношения хуситов с группировкой «Аш-Шабаб», которая, как известно, находится в Сомали и, по разным данным, имеет связи с вот этими самыми пиратами — если не покровительствует им, то точно имеет какие-то с ними контакты. И это уже гораздо более серьезная угроза, если хуситы будут действовать не в одиночку, а с вот этой группировкой «Аш-Шабаб», а еще и совместно с пиратами — масштабы диверсии могут быть уже другими.

Би-би-си:А с другой стороны, кто, собственно говоря, обеспечивает хотя бы номинальную безопасность судоходства в Баб-эль-Мандебском проливе сейчас? Вы вспомнили операцию США, которые бомбили Йемен, но это была разовая операция все-таки. А есть ли силы, которые более-менее на постоянной основе это делают?

Р.С.: В общем и целом сегодня нет сил, которые на постоянной основе обеспечивали бы безопасность. Компании на свой страх и риск отправляют суда. Немножко улучшилась ситуация в первой половине 2024 года, когда США и Великобритания начали операцию против хуситов и взяли на себя обязательство, ответственность за безопасность в этой водной артерии. Но это, в общем, продолжалось недолго, потому что это очень непросто. И как, кстати, признавал уже бывший президент США Джо Байден, мы ничего не можем поделать с хуситами.

Что будет с ценами на нефть?

Би-би-си:Давайте перейдем теперь к нефти. Я понимаю, что блокада Баб-эль-Мандебского пролива скажется на торговле мировой в целом, это понятно, но вот конкретно нефть. Нефть на новостях о захвате порта Моха уже подскочила на несколько процентов и пробила потолок в 100 долларов. Что думаете, насколько повлияет именно на нефть эта ситуация?

Р.С.: Я думаю, существенно повлияет, потому что кризис продолжается, кризис усугубляется и на этом фоне ожидать падения цен точно не приходится. И, в общем, на это делается и расчет в Иране. В иранских газетах уже не первый месяц обсуждают сценарии, при которых баррель нефти будет достигать 200 долларов, а то и выше.

Возможно, в том числе при помощи хуситов, власти в Тегеране этого добиваются. То есть военная, оборонная стратегия Ирана заключается не в том, чтобы победить противника, в данном случае США, на поле боя, нанести какой-то сокрушительный удар. Стратегия заключается в том, чтобы нанести максимальный урон союзникам Соединенных Штатов, партнерам Соединенных Штатов, будь то аравийские монархии, которые время от времени получают прилеты беспилотников и ракет из Ирана, или вообще вся мировая экономика, страны Запада, очевидно, не в последнюю очередь — с тем, чтобы они давили на Трампа, давили на Соединенные Штаты и заставили его отступить и вообще уйти из Ормузского пролива или вообще из региона.

Би-би-си:Что же делают американцы в это самое время? Я видел новости, что конкретно сейчас в эту ситуацию с захватом порта Моха Дональд Трамп решил не вмешиваться. Верно ли это? И вообще, какую позицию сейчас Соединенные Штаты занимают именно по событиям в Баб-эль-Мандебском проливе?

Р.С.: Вы знаете, это очень большая проблема — понять, что делает Трамп и в чем его стратегия, потому что он отличается, конечно, невероятной непоследовательностью. Я думаю, что это применимо не только к Ближнему Востоку.

Так, если отвлечься, возьмем какую-нибудь Гренландию, до сих пор, по-моему, никто не понимает, что он там хотел добиться, чего он добился, чего не добился. Вот то же самое и на Ближнем Востоке. Я уже приводил пример хуситов, которых он бомбил 52 дня, объявил о [их] капитуляции, но хуситы прекрасно здравствуют и устраивают свои диверсии в Красном море. С Ираном, очевидно, Трамп не знает просто, что делать, как выйти из этой ситуации. Очевидно, что тот план, который у него был на столе 28 февраля, не сработал. И сейчас он ищет какой-то выход.

По его действиям в последние недели можно сделать такой осторожный вывод, что он пытается просто задушить Иран, иранскую экономику, а вводит все больше и больше санкций не только против иранских властей, но и союзников Исламской Республики.

Что касается хуситов, я думаю, что хотя бы из-за того, что он уже однажды обжегся об них, он явно не торопится вмешиваться в какой-то конфликт против хуситов и пока все отдает на откуп Саудовской Аравии. Да, наверное, будет поддержка какими-то вооружениями, советниками. Хуситы, кстати, об этом активно говорят, что в Саудовской Аравии находятся десятки, если не сотни, американских военных советников. Вот такая помощь, очевидно, будет. Но чего-то большего со стороны Вашингтона я пока не ожидаю.

Би-би-си:Но несмотря на вот эту угрозу того, что цены на нефть полетят вверх, казалось бы, что вроде бы это не то, чтобы очень выгодно Трампу, но, может быть, я ошибаюсь?

Р.С.: Опять же, мы с вами не знаем, что для него выгодно, а что нет, что у него в голове, потому что какие-то его действия, опять же, в том числе в отношении Ирана, они оказались нелогичными, немыслимыми. Но так или иначе ему нужен какой-то выход, какое-то решение. И я думаю, что в свойственной ему манере он в любой момент может остановиться и объявить о заключении какой-то сделки.

Вероятно, и такой вариант прорабатывается с хуситами, с Ираном. С Ираном договориться трудно хотя бы о какой-то промежуточной сделке. Хотя вот сделки, можно сказать, достигли — меморандума взаимопонимания 18 июня нынешнего года. Казалось, все, войне конец, но не тут-то было. Потому что власти в Тегеране явно не те, кто готов просто согласиться на условия Трампа и прекратить войну. Они, напротив, жаждут продолжения. Я имею в виду силовиков, тех, кто сейчас принимает финальное решение в Тегеране. Они-то как раз за войну и за продолжение боевых действий.

Что касается хуситов, то, я думаю, с ними будет договориться гораздо проще, поэтому это явно не может продолжаться месяцами, уж тем более годами. Трампу будет нужен какой-то выход, какое-то решение. Можно бомбить хуситов хоть до бесконечности, но без наземной операции, без какой-то масштабной операции, без вторжения их победить явно невозможно. Поэтому я думаю, что в ближайшее время мы увидим какую-то развязку, во всяком случае промежуточную развязку с хуситами.

Би-би-си:Получается, что на данный момент хуситам противостоят правительственные войска Йемена, которые поддерживаются Саудовской Аравией. У Саудовской Аравии есть силы, решимость, ресурсы, чтобы противостоять хуситам?

Р.С.: У них есть ресурсы, и они были убеждены еще в 2015 году, что этих ресурсов им будет достаточно, чтобы разгромить хуситов. Но не тут-то было. Там, прежде всего, очень сложный рельеф, и хуситы, особенно за время перемирия, то есть последние четыре года, сделали очень много тайников, схронов.

То есть они, как они опять же мне рассказывали, когда я был у них в гостях два года назад, они считают, что война не закончена, что в любой момент может быть продолжение, и они готовятся. И они, в общем, готовы к продолжительной, к долгой войне. Правительственные войска еще в нулевые годы пытались их победить. Начинали шесть операций, и ни одна из них не закончилась успехом.

Саудовская Аравия семь лет бомбила хуситов с воздуха, но это тоже не увенчалось успехом, а ожидать какой-то наземной операции, я думаю, не стоит, потому что это будет просто какое-то кровавое месиво, на которое саудовские власти не готовы. Поэтому в ограниченном формате, я думаю, они будут продолжать бомбить хуситов, наносить им какой-то урон, бомбить критическую инфраструктуру, но это явно не приведет к полному разгрому движения «Ансар Аллах».

Би-би-си: Я правильно понял ваш прогноз, что в ближайшие недели все-таки просто с хуситами попытаются договориться?

Р.С.: Я полагаю, что никто не желает ни в Вашингтоне, ни в Эр-Рияде новой бесконечной войны с хуситами. Потому что если ограничиваться ударами с воздуха, то она будет именно такой, и хуситы готовы отвечать. В свое время, в разгар войны с Саудовской Аравией, они могли наносить удары по саудовским НПЗ. И был эпизод, когда они просто на сутки блокировали всю нефтяную промышленность Саудовской Аравии. Не думаю, что в Эр-Рияде хотят повторения этого. Поэтому я полагаю, что вот этот обмен ударами будет продолжаться. Я могу предположить, что несколько недель.

Но в конечном итоге, если это не будет каким-то очередным перемирием, соглашением о прекращении огня, то просто вот эти обстрелы будут постепенно сходить на нет, потому что они не приведут точно к достижению какого-то военного или политического результата. К ослаблению хуситов — да. Но, в общем, я думаю, саудовцам сейчас этого будет достаточно.

Скачайте новое приложение BBC World Service!

При первом открытии приложения выберите «BBC News Русская служба» и получайте уведомления о важных новостях, аналитике, видео и подкастах.

Важно: новое приложение недоступно на территории Великобритании и США.