Дагестан в ожидании смены власти. К марту следующего года Кремль должен определиться, кто возглавит эту самую большую северокавказскую республику. Гадать, сохранит ли действующий президент Муху Алиев свое кресло - дело неблагодарное и непредсказуемое.

В 2006 году, когда Алиев сменил на посту руководителя Дагестана Магомедали Магомедова, на нового президента народ возлагал большие надежды, которые, в большинстве своем, не оправдались.

Порядочность и интеллигентность Муху Алиева ни у кого не вызывает сомнений, однако этих качеств оказалось недостаточно, чтобы навести порядок в республике. Дагестанцы мало обращают внимания на обнадеживающие цифры роста экономики, которые озвучивает президентская администрация. Для них более важным является безопасность и борьба с коррупцией. Преступный беспредел в последнее время буквально захлестнул республику, а чиновники уже не боятся брать взятки и делают это практически в открытую.

Помнится, в начале своего президентского срока Муху Алиев призывал разобраться с незаконными постройками на берегу моря. На всем протяжении 15-километрового песчаного пляжа Каспийского моря между Махачкалой и Каспийском теперь нет места для простых отдыхающих, все земли незаконно застроены местными олигархами и чиновниками высокого ранга. Цена некоторых коттеджей доходит до миллиона долларов. И что?

Ничего у него не вышло, а вилл на морском берегу стало еще больше.

В таких условиях дагестанцы все больше подумывают о "железной руке", которая навела бы порядок в республике. Удивительно, но при этом многие готовы пожертвовать демократией, и другими сопутствующими факторами, ставя во главу угла спокойствие и личную безопасность.

В качестве примера кивают на соседнюю Чечню, где Рамзану Кадырову удалось в какой-то мере стабилизировать неспокойную ситуацию и жестко (порой и жестоко) расправляться с преступностью.

Кто же сможет взять на себя в Дагестане эту непростую миссию? Среди политиков "жесткого толка" в первую очередь называют мэра Махачкалы Саида Амирова. Глава города пережил около 20 покушений, передвигается в инвалидной коляске, однако это не мешает ему руководить одним из самых крупных городов Северного Кавказа. Амирова, которого еще называют "дагестанским Рузвельтом", боятся или уважают. Проштрафившимся подчиненным он всегда дает последний шанс. Если и его они не используют, со всеми расстается без разговоров.

Однако у Амирова очень много врагов, и ему придется придумать хитроумные политические комбинации, чтобы попасть в заветный список кандидатов. Многие ставят в упрек Амирову точечную застройку в Махачкале, бесконтрольную выдачу разрешений на строительство многоэтажек, которые порой втискиваются между уже построенными домами.

Но глава Махачкалы в то же время тратит огромные средства на реконструкцию дорог, реформирование жилищно-коммунального хозяйства и городской инфраструктуры.

Некоторые уповают на Сулеймана Керимова, выходца из Дагестана, члена Совета Федерации, миллиардера из списка Forbes, считая, что Дагестану нужен сейчас не политик, а грамотный управленец. Основной довод сторонников Керимова - у него достаточно личных средств, чтобы не воровать из госказны, поэтому он сможет привлечь в республику инвестиции и обеспечить населению достойную жизнь. Однако еще вопрос, согласится ли Керимов оставить свой бизнес и ехать в неспокойную республику.

Не следует забывать, что Дагестан - многонациональная республика, и, по сложившейся традиции, каждое назначение на высокую должность здесь происходит, исходя из национального квотирования.

Не исключено, что в последний момент появится "серая лошадка", и республику возглавит не известный никому назначенец. Но, в любом случае, люди устали ждать, и отсчет времени уже пошел.

По количеству высших учебных заведений на душу населения Дагестан, возможно, занимает одно из первых мест в мире. Сейчас в трехмиллионной республике насчитывается около 80 институтов и университетов, включая филиалы российских вузов.

Какое качество образования могут предложить такие учебные заведения, и где удается найти столько преподавателей - трудно даже предположить. У меня есть знакомый преподаватель, который успевает в течение дня прочитать лекции одновременно в трех институтах. Я его спросил, не страдает ли при этом качество. Он ответил: "Я вижу в глазах студентов, что знания им не нужны, они пришли сюда только за дипломом. Поэтому и я особо не напрягаюсь. Мне платят деньги, больше я стараюсь ни о чем не думать".

Сейчас от названия храмов науки пестрит в глазах. Все сплошь "международные", "современные", обещают абитуриентам образование по лучшим мировым стандартам.

Но найти работу для выпускников - большая проблема. В республике тысячи молодых специалистов с дипломами престижных нынче юристов и экономистов, но реально устроиться могут лишь десятки.

Чтобы найти высокооплачиваемую работу, нужно иметь хорошие связи. Иначе, будь ты хоть Эйнштейном, шансов нет практически никаких. Вот и уезжают молодые специалисты в другие города и страны, где их знания оказываются востребованными. Я знаю множество врачей, ученых, специалистов в других областях, которые занимают высокие должности и пользуются уважением в своей среде в ведущих научных центрах Москвы, Санкт-Петербурга, других российских городах.

А Дагестане по-прежнему руководители принимают на работу молодых балбесов, у которых ничего, кроме диплома, за душой нет. Почему это происходит?

В Дагестане очень сильны родственные и клановые связи. Если один представитель клана "выбивается в люди", то он просто обязан взять на работу многочисленных родственников, друзей своих друзей и т.д. Это касается не только "хлебных мест", но и вакансий вплоть до уборщицы.

"У меня красный диплом, я знаю два языка, но мои знания, похоже, никому не нужны. Пыталась устроиться на работу в крупную госструктуру, но меня не взяли, ссылаясь на отсутствие вакансий. Потом я узнала, что на это место взяли племянницу директора", - рассказала мне жительница Махачкалы Марина.

Неужели такие руководители не понимают, что тем самым подвергают застою свое предприятие, и, одновременно, лишают своих протеже возможностей для развития? Ведь те, попадая в среду, где ничего не нужно делать, только получать зарплату, сами деградируют. Сколько на памяти случаев, когда шеф лишался своей должности, и тут же его окружение оказывалось на улице, без знаний, умения и, что самое главное, желания работать.

Для чего же Дагестану столько ВУЗов? В республике всегда считалось престижным иметь высшее образование, вернее даже не само образование, а диплом. Сейчас дошло до того, что государственные и некоторые частные учреждения предпочитают не брать на работу выпускников всяких мелких и недавно открытых вузов.

Когда я учился в институте, в Махачкале было всего пять ВУЗов с давними традициями - университет, педагогический, медицинский, сельскохозяйственный и политехнический.

Насколько я знаю, все известные дагестанские ученые, политики, специалисты окончили именно эти учебные заведения, где давали настоящее и качественное образование.

Есть спрос - будет и предложение. Когда в республике не было такого количества вузов, поступить для способного выпускника школы, не имея связей и денег, являлось серьезной проблемой. Ставки за право стать студентом доходили до десятков тысяч долларов. Сейчас вполне официально можно оплатить обучение по вполне разумной цене и получить хоть какое-то, но высшее образование.

Популярность высшего образования в Дагестане имеет и социальные корни. В республике, более половины населения которой составляет молодежь, нет возможности дать всем работу. Такая нестабильность вкупе с юношеским максимализмом грозит большим социальным взрывом и уходом юношей под крыло различных экстремистских религиозных организаций. В беседе со мной один из республиканских чиновников поделился своими мыслями по этому поводу: "Пусть лучше пять лет хоть чему-то поучатся, пообщаются в своей среде, может потом и найдут какую работу. Это лучше, чем в 17 лет оказаться брошенным на произвол судьбы".

Много споров ходило в этом году насчет ЕГЭ. Я считаю, при всех издержках в новой системе больше плюсов. Впервые выпускники провинциальных школ смогли без всякого блата поступить в ведущие российские ВУЗы. И мне непонятны вопли некоторых руководителей таких учебных заведений по поводу того, что институты заполонят кавказские абитуриенты, купившие результаты ЕГЭ у себя на родине. В процессе учебы все встанет на свои места, и никто не мешает отчислить студентов, которые не захотят учиться.

Как рассказал мне один из студентов по имени Расул, у него нет богатых родителей, которые обеспечили бы ему безбедное существование. Поэтому он учится для себя, а не для диплома.

Что отрадно, в Дагестане уже сложилась когорта студентов, которые понимают, что в дальнейшей жизни надеяться придется только на себя, а не на папу и маму. Поэтому они с упорством грызут гранит науки, занимаются самообразованием, посещают дополнительные курсы. Вот только найдется ли им место в будущем? У меня нет ответа на этот вопрос.